Серия «Элегантная русская классика» предлагает взглянуть на великие произведения глазами женских персонажей.Любовные переживания, роковые ошибки, сила духа и поиски справедливости — все, чем славится классическая русская литература, в страстном ярком дизайне.Корешки книг собирают единый традиционный платочный орнамент «пэйсли».Николай Михайлович Карамзин (1766—1826) — русский гений эпохи сентиментализма, создатель новых героев — чувственных, сострадающих и лишенных морализаторства. Будь то история трагической влюбленности («Бедная Лиза», «Лиодор») или чистой взаимной любви («Наталья, боярская дочь»), таинственного острова Борнгольм или усмирения непокорного Новгорода, в центре его сюжетов всегда люди, их переживания и непростые решения. А в своеобразной «Моей исповеди», стилизованной под Руссо, можно усмотреть даже бесстыдную откровенность.
Seriya Elegantnaya russkaya klassika predlagaet vzglyanut na velikie proizvedeniya glazami zhenskikh personazhey.Lyubovnye perezhivaniya, rokovye oshibki, sila dukha i poiski spravedlivosti vse, chem slavitsya klassicheskaya russkaya literatura, v strastnom yarkom dizayne.Koreshki knig sobirayut edinyy traditsionnyy platochnyy ornament peysli.Nikolay Mikhaylovich Karamzin (17661826) russkiy geniy epokhi sentimentalizma, sozdatel novykh geroev chuvstvennykh, sostradayushchikh i lishennykh moralizatorstva. Bud to istoriya tragicheskoy vlyublennosti (Bednaya Liza, Liodor) ili chistoy vzaimnoy lyubvi (Natalya, boyarskaya doch), tainstvennogo ostrova Borngolm ili usmireniya nepokornogo Novgoroda, v tsentre ego syuzhetov vsegda lyudi, ikh perezhivaniya i neprostye resheniya. A v svoeobraznoy Moey ispovedi, stilizovannoy pod Russo, mozhno usmotret dazhe besstydnuyu otkrovennost.
