Юрий Давыдов (1924–2002) — мастер исторической прозы, автор романов и повестей "Судьба Усольцева", "Соломенная сторожка. Две связки писем", "Вечера в Колмове", "Глухая пора листопада". Лауреат премии "Триумф" (1996), кавалер ордена "За заслуги перед Отечеством" IV степени (1999).Роман "Бестселлер" стоит в ряду произведений Давыдова несколько особняком. Критики назвали его странным, увидели в нем прообраз прозы будущего с ее "свободой от жанровой скованности". В центре романа — Владимир Львович Бурцев, разоблачитель секретных сотрудников Департамента полиции, знаменитый охотник за провокаторами. Его последним делом становится раскрытие "Протоколов сионских мудрецов" — фальшивки, якобы обнаруживающей тайну всемирного еврейского заговора.Роман удостоен Большой премии имени Аполлона Григорьева."В “Бестселлере” Давыдова есть сила душевного опыта личности автора, мощно чувствующей, много постигшей" (Станислав Рассадин)."И сюжетные тайны будут, и густой исторический колорит, и страсти роковые. Только при этом автор ничем своим не поступится: ни моральными заветами русской интеллигенции, ни склонностью мешать документальность с фантастикой, ни любовью к поэзии…" (Андрей Немзер).
YUriy Davydov (19242002) master istoricheskoy prozy, avtor romanov i povestey "Sudba Usoltseva", "Solomennaya storozhka. Dve svyazki pisem", "Vechera v Kolmove", "Glukhaya pora listopada". Laureat premii "Triumf" (1996), kavaler ordena "Za zaslugi pered Otechestvom" IV stepeni (1999).Roman "Bestseller" stoit v ryadu proizvedeniy Davydova neskolko osobnyakom. Kritiki nazvali ego strannym, uvideli v nem proobraz prozy budushchego s ee "svobodoy ot zhanrovoy skovannosti". V tsentre romana Vladimir Lvovich Burtsev, razoblachitel sekretnykh sotrudnikov Departamenta politsii, znamenityy okhotnik za provokatorami. Ego poslednim delom stanovitsya raskrytie "Protokolov sionskikh mudretsov" falshivki, yakoby obnaruzhivayushchey taynu vsemirnogo evreyskogo zagovora.Roman udostoen Bolshoy premii imeni Apollona Grigoreva."V Bestsellere Davydova est sila dushevnogo opyta lichnosti avtora, moshchno chuvstvuyushchey, mnogo postigshey" (Stanislav Rassadin)."I syuzhetnye tayny budut, i gustoy istoricheskiy kolorit, i strasti rokovye. Tolko pri etom avtor nichem svoim ne postupitsya: ni moralnymi zavetami russkoy intelligentsii, ni sklonnostyu meshat dokumentalnost s fantastikoy, ni lyubovyu k poezii" (Andrey Nemzer).
