Чехов, который узнаёт вас первым.Тридцать шесть текстов, написанных за двадцать пять лет. В сборнике — ранний Чехов, который писал ради гонорара и хохотал сам над своими шутками («Хамелеон», «Лошадиная фамилия», «Хирургия»), и поздний Чехов, у которого от иронии почти ничего не осталось — только точность врача и сочуствие к человеку («Невеста», «О любви», «Душечка»).Он не разоблачал пороки и не читал морали. Он просто фиксировал: вот чиновник, который умер от страха после того, как чихнул на генерала. Вот учитель, всю жизнь просидевший в футляре, потому что так было спокойнее. Вот женщина, которая не собиралась влюбляться — и влюбилась.Сборник даёт весь размах: от анекдотов на две страницы до «Палаты № 6» и «Чёрного монаха», после которых обычно молчат минуту-другую. Один и тот же человек написал и то, и другое — и умел не путать смешное с добрым, а жалость с сентиментальностью.
CHekhov, kotoryy uznayet vas pervym.Tridtsat shest tekstov, napisannykh za dvadtsat pyat let. V sbornike ranniy CHekhov, kotoryy pisal radi gonorara i khokhotal sam nad svoimi shutkami (KHameleon, Loshadinaya familiya, KHirurgiya), i pozdniy CHekhov, u kotorogo ot ironii pochti nichego ne ostalos tolko tochnost vracha i sochustvie k cheloveku (Nevesta, O lyubvi, Dushechka).On ne razoblachal poroki i ne chital morali. On prosto fiksiroval: vot chinovnik, kotoryy umer ot strakha posle togo, kak chikhnul na generala. Vot uchitel, vsyu zhizn prosidevshiy v futlyare, potomu chto tak bylo spokoynee. Vot zhenshchina, kotoraya ne sobiralas vlyublyatsya i vlyubilas.Sbornik dayet ves razmakh: ot anekdotov na dve stranitsy do Palaty № 6 i CHyernogo monakha, posle kotorykh obychno molchat minutu-druguyu. Odin i tot zhe chelovek napisal i to, i drugoe i umel ne putat smeshnoe s dobrym, a zhalost s sentimentalnostyu.
