«Ты была скромна и вместе с тем решительна, ты не сомневалась ни в своём даре, ни в правильности своего видения. Твёрдой рукой ты правила рисунок своих стихов, придирчивым ухом вслушивалась в их музыку. Ничто несовершенное, лишнее или неуместное не портило впечатления от твоей работы. Словом, ты была художником. И потому, даже когда ты бряцала колокольчиками просто так, чтобы отвлечься, тебя навещала пламенная гостья, благодаря которой слова в стихотворных строчках плавились, становясь единым целым, так что выудить их оттуда не сумела бы ничья рука», — писала о знаменитой английской поэтессе Вирджиния Вулф. Сестра легендарного художника-прерафаэлита Д.Г. Россетти, Кристина сумела самостоятельно достичь известности, завоевав значительное место среди поэтов викторианской эпохи. Классическое изящество, тонкая лиричность, звучность и певучесть отличают «прерафаэлитские шедевры» Кристины Джорджины Россетти, а блистательный перевод, выполненный Марией Лукашкиной, как нельзя более точно передаёт все нюансы произведений поэтессы.
Ty byla skromna i vmeste s tem reshitelna, ty ne somnevalas ni v svoyem dare, ni v pravilnosti svoego videniya. Tvyerdoy rukoy ty pravila risunok svoikh stikhov, pridirchivym ukhom vslushivalas v ikh muzyku. Nichto nesovershennoe, lishnee ili neumestnoe ne portilo vpechatleniya ot tvoey raboty. Slovom, ty byla khudozhnikom. I potomu, dazhe kogda ty bryatsala kolokolchikami prosto tak, chtoby otvlechsya, tebya naveshchala plamennaya gostya, blagodarya kotoroy slova v stikhotvornykh strochkakh plavilis, stanovyas edinym tselym, tak chto vyudit ikh ottuda ne sumela by nichya ruka, pisala o znamenitoy angliyskoy poetesse Virdzhiniya Vulf. Sestra legendarnogo khudozhnika-prerafaelita D.G. Rossetti, Kristina sumela samostoyatelno dostich izvestnosti, zavoevav znachitelnoe mesto sredi poetov viktorianskoy epokhi. Klassicheskoe izyashchestvo, tonkaya lirichnost, zvuchnost i pevuchest otlichayut prerafaelitskie shedevry Kristiny Dzhordzhiny Rossetti, a blistatelnyy perevod, vypolnennyy Mariey Lukashkinoy, kak nelzya bolee tochno peredayet vse nyuansy proizvedeniy poetessy.
