Илья Григорьевич Эренбург (1891-1967) пишет в марте 1922 года: "Мне кажется, что когда Вы прочтете "Хуренито", Вы во второй раз познакомитесь со мной. В понимании этой книги три ступени - кретины видят философию нигилизма и негодуют, "середняки" - решают, что это сатира, и смеются, а немногие... вот сие не умею определить... Знаю только, что это и то и другое и еще всякое". Среди этого "всякого" для "немногих" - поразительные пророчества Эренбурга: о скором соединении нацизма с социализмом; о грядущем Холокосте; об оружии невероятной силы и применении его американцами против японцев; о том, что воинствующий ислам может "поджечь весь мир"... Зоркость не отказала Эренбургу и при взгляде на советские реалии. Чего стоит фраза кремлевского вождя, в котором легко узнается Ленин: "Мы гоним в рай железными бичами". Евгений Замятин, автор антиутопии "Мы", хорошо знавший цену пророчествам, написал: "Едва ли не оригинальнее всего, что роман - умный и сам Хулио Хуренито - умный. За редким...Илья Григорьевич Эренбург (1891-1967) пишет в марте 1922 года: "Мне кажется, что когда Вы прочтете "Хуренито", Вы во второй раз познакомитесь со мной. В понимании этой книги три ступени - кретины видят философию нигилизма и негодуют, "середняки" - решают, что это сатира, и смеются, а немногие... вот сие не умею определить... Знаю только, что это и то и другое и еще всякое". Среди этого "всякого" для "немногих" - поразительные пророчества Эренбурга: о скором соединении нацизма с социализмом; о грядущем Холокосте; об оружии невероятной силы и применении его американцами против японцев; о том, что воинствующий ислам может "поджечь весь мир"... Зоркость не отказала Эренбургу и при взгляде на советские реалии. Чего стоит фраза кремлевского вождя, в котором легко узнается Ленин: "Мы гоним в рай железными бичами". Евгений Замятин, автор антиутопии "Мы", хорошо знавший цену пророчествам, написал: "Едва ли не оригинальнее всего, что роман - умный и сам Хулио Хуренито - умный. За редким исключением русская литература десятилетиями специализировалась на дураках, тупицах, идиотах, блаженных, а если пробовала умных - редко у кого выходило. У Эренбурга - вышло".
Ilya Grigorevich Erenburg (1891-1967) pishet v marte 1922 goda: "Mne kazhetsya, chto kogda Vy prochtete "KHurenito", Vy vo vtoroy raz poznakomites so mnoy. V ponimanii etoy knigi tri stupeni - kretiny vidyat filosofiyu nigilizma i negoduyut, "serednyaki" - reshayut, chto eto satira, i smeyutsya, a nemnogie... vot sie ne umeyu opredelit... Znayu tolko, chto eto i to i drugoe i eshche vsyakoe". Sredi etogo "vsyakogo" dlya "nemnogikh" - porazitelnye prorochestva Erenburga: o skorom soedinenii natsizma s sotsializmom; o gryadushchem KHolokoste; ob oruzhii neveroyatnoy sily i primenenii ego amerikantsami protiv yapontsev; o tom, chto voinstvuyushchiy islam mozhet "podzhech ves mir"... Zorkost ne otkazala Erenburgu i pri vzglyade na sovetskie realii. CHego stoit fraza kremlevskogo vozhdya, v kotorom legko uznaetsya Lenin: "My gonim v ray zheleznymi bichami". Evgeniy Zamyatin, avtor antiutopii "My", khorosho znavshiy tsenu prorochestvam, napisal: "Edva li ne originalnee vsego, chto roman - umnyy i sam KHulio KHurenito - umnyy. Za redkim...Ilya Grigorevich Erenburg (1891-1967) pishet v marte 1922 goda: "Mne kazhetsya, chto kogda Vy prochtete "KHurenito", Vy vo vtoroy raz poznakomites so mnoy. V ponimanii etoy knigi tri stupeni - kretiny vidyat filosofiyu nigilizma i negoduyut, "serednyaki" - reshayut, chto eto satira, i smeyutsya, a nemnogie... vot sie ne umeyu opredelit... Znayu tolko, chto eto i to i drugoe i eshche vsyakoe". Sredi etogo "vsyakogo" dlya "nemnogikh" - porazitelnye prorochestva Erenburga: o skorom soedinenii natsizma s sotsializmom; o gryadushchem KHolokoste; ob oruzhii neveroyatnoy sily i primenenii ego amerikantsami protiv yapontsev; o tom, chto voinstvuyushchiy islam mozhet "podzhech ves mir"... Zorkost ne otkazala Erenburgu i pri vzglyade na sovetskie realii. CHego stoit fraza kremlevskogo vozhdya, v kotorom legko uznaetsya Lenin: "My gonim v ray zheleznymi bichami". Evgeniy Zamyatin, avtor antiutopii "My", khorosho znavshiy tsenu prorochestvam, napisal: "Edva li ne originalnee vsego, chto roman - umnyy i sam KHulio KHurenito - umnyy. Za redkim isklyucheniem russkaya literatura desyatiletiyami spetsializirovalas na durakakh, tupitsakh, idiotakh, blazhennykh, a esli probovala umnykh - redko u kogo vykhodilo. U Erenburga - vyshlo".
