Писатель-фронтовик Олег Меркулов создавал увлекательные и честные книги о Великой Отечественной. Эта повесть – ключевое произведение в его литературном наследии. Эта книга повествует о подвиге воинов 1379 полка 87 стрелковой дивизии в конце августа 1942 года на дальних подступах к Сталинграду. Там, у Малой Россошки, небольшая группа красноармейцев, сержантов и командиров, оторванная от частой Красной Армии, обороняла рубеж, на котором ее застал рассвет. Герой повести – комбат Ардатов – сражался с гитлеровцами с первых дней войны. Защищал Москву, а теперь принял бой под Сталинградом. Фронтовой опыт поможет ему в самой экстремальной ситуации разгадать замысел противника. Меркулов показывает тайные механизмы войны, открывает то, что хранилось под грифом «секретно». «Немцы редко оставляли хоть километр просто так, без боев, хотя это тоже было. Сколько же полей, городов, речек, лесов вместилось в те километры, которые надо было пройти, ни представить себе нельзя, ни счесть их. Не счесть и боев за них, не счесть подвигов наших людей. Но трудно счесть и могилы, в которые они легли, — их ведь миллионы».
Pisatel-frontovik Oleg Merkulov sozdaval uvlekatelnye i chestnye knigi o Velikoy Otechestvennoy. Eta povest klyuchevoe proizvedenie v ego literaturnom nasledii. Eta kniga povestvuet o podvige voinov 1379 polka 87 strelkovoy divizii v kontse avgusta 1942 goda na dalnikh podstupakh k Stalingradu. Tam, u Maloy Rossoshki, nebolshaya gruppa krasnoarmeytsev, serzhantov i komandirov, otorvannaya ot chastoy Krasnoy Armii, oboronyala rubezh, na kotorom ee zastal rassvet. Geroy povesti kombat Ardatov srazhalsya s gitlerovtsami s pervykh dney voyny. Zashchishchal Moskvu, a teper prinyal boy pod Stalingradom. Frontovoy opyt pomozhet emu v samoy ekstremalnoy situatsii razgadat zamysel protivnika. Merkulov pokazyvaet taynye mekhanizmy voyny, otkryvaet to, chto khranilos pod grifom sekretno. Nemtsy redko ostavlyali khot kilometr prosto tak, bez boev, khotya eto tozhe bylo. Skolko zhe poley, gorodov, rechek, lesov vmestilos v te kilometry, kotorye nado bylo proyti, ni predstavit sebe nelzya, ni schest ikh. Ne schest i boev za nikh, ne schest podvigov nashikh lyudey. No trudno schest i mogily, v kotorye oni legli, ikh ved milliony.
